Жизнь – вещь парадоксальная. Вот, например, просмотр теленовостей и чтение газет – из дня в день идет примерно одна и та же информация. Теракт на Ближнем Востоке. Боевые действия в Афганистане. Экономический кризис. Израильско-палестинские разборки. Коррупционный скандал в Италии. Сексуальный скандал в Германии. Забастовка во Франции. Программное выступление российского лидера. Сессия Европарламента. Пленум Компартии Китая. Чуть не забыл – очередное явление Фиделя Кастро народу. Картинка привычная и мало чем отличается от вчерашней или позавчерашней. Даже в нюансах. Собственно говоря, она мало чем отличается от той, что была 10 лет назад, 20 лет назад и, по большому счету, полвека, век назад (просто телевизора не было). А ведь на улице 2010-й год, 10-й год XXI века. Помнится, лет эдак 15-20 назад была мода на прогнозы футурологов и научную фантастику. Точно не помню, что планировали тогда на нашу современность, но речь шла о чем-то вроде изобретения лекарства от всех болезней, прекращении войн и насилия, обществе всеобщего процветания, изучении планет Солнечной системы, отказе от двигателя внутреннего сгорания и т.д. Ну и вот мы там, в будущем, и что?

То ли природа человека такова, то ли развитие нашей цивилизации замкнулось и пошло по кругу, но мы как-то совсем уж стоим на месте. Изнутри не видно, но ежели чуть копнуть – то просто до слез обидно становится.

Не будем далеко копать – возьмем родные просторы. Хищническое освоение природных ресурсов, социальное неравенство, нерациональные деяния власть имущих… А в последнее время все чаще ловишь в новостях такие слова, как “кораниты”, “салафиты”, “ваххабиты”, “джихад”, “религиозный экстремизм” и тому подобные. Споры про ношение хиджабов в учебных заведениях. Бородачи с безумными глазами на улицах. Откуда они взялись? Причем не вернулись, ибо в казахской традиции никогда не было религиозной догматичности и фанатизма, это именно появилось и появилось сейчас.

Вы помните, какая раньше была криминальная хроника? Поймали бандита, раскрыли кражу, поймали гаишника на взятке. А сейчас? За продажу наркотиков задержан сотрудник УБН, за вымогательство задержан финполовец, за взятки арестован таможенник. Из старой криминальной хроники в новую перешел без изменений только бывший владелец БТА Банка. Но вот возьмем заголовки только за нынешнее лето. Из мангистауской колонии сбежали зэки – члены тюремной радикально-исламской секты. В Караганде осужден имам местной мечети за издевательство над женой. В Акмолинской области арестованы и осуждены несколько человек (причем, славян по национальности) за распространение литературы, призывающей к джихаду против неверных и содержащей инструкции по изготовлению взрывчатых веществ. Несколько случаев задержания на территории Казахстана чеченских боевиков, “отдыхающих” от боевых действий с федералами. Или вот последний случай – в июне в Алматы были задержаны 29 иностранных граждан, находящихся в межгосударственном розыске за совершение на территории соседнего Узбекистана тяжких и особо тяжких преступлений, а именно – терроризм, убийства, создание и участие в религиозных экстремистских, сепаратистских фундаменталистских или иных запрещенных организациях, организация и участие в преступных сообществах и других преступлениях.

Узбекистан давно “обогнал” Казахстан в такой сомнительной сфере как активность религиозных экстремистов. Вспомним факты. В феврале 1999 года в результате нескольких терактов в Ташкенте погибло 16 человек и более 100 получили ранения. Весной 2004 года в Ташкенте и Бухарской области произошла серия взрывов: 47 погибли, 35 ранены. В июле того же года новые теракты в узбекской столице – у посольств США, Израиля и вблизи генпрокуратуры, 3 погибших и 8 раненых. 2005 году – мятеж в Андижане, начавшийся с захвата боевиками тюрьмы, где содержались осужденные за экстремистскую деятельность. Весна 2009 года – нападение на здание силовых структур в Ханабаде и взрыв в Андижане. Июль 2009 года – вооруженное нападение на главного имам-хатиба Ташкента, выступавшего против экстремистов. Имам чудом выжил после нескольких ножевых ранений, его помощник погиб. Август того же года – расстрелян сотрудник МВД Асадов, занимавшийся следствием по нападению на имама…

И ведь что интересно, почти все наблюдатели, осудив теракты и выразив сожаление по поводу жертв, не замедлили попинать ташкентский тоталитарно-полицейский режим, против которого “народ таким образом выражает свой протест”. Ислама Каримова можно не любить, и честно говоря, особой любви он и не заслуживает, но нельзя забыть, что именно он железной рукой поддерживает стабильность и светскость в Узбекистане (да и во многом во всей Средней Азии), являясь правителем перенаселенного государства с низким уровнем жизни населения и древними религиозными традициями…

Легко упрекать в тоталитаризме, сидя в уютных гаагских и брюссельских кабинетах и читая профессионально написанные заявления о нарушениях прав человека и преследованиях по религиозным мотивам. Легко делить мир на “хорошее” и “плохое”, особенно если современная западная геополитика, сформированная в годы холодной войны, делила мир вначале на демократов и коммунистов, потом на демократов и диктаторов, теперь на демократов, диктаторов и террористов. Опять-таки повторюсь, не хочу хвалить Саддама или талибов, но “демократизация” Ирака и Афганистана привела, помимо прочего, к непрекращающимся боевым действиям, миллионам погибших и беженцев, кровавым религиозным конфликтам, а заодно упростила наркотрафик в страны-”победители”. Никто вроде не против победы на выборах исламской партии, но как быть, если эта партия (движение) выступает за уничтожение “неверных” всеми доступными средствами и не только на территории своей страны? Как определить, где кончается демократия, а где начинается борьба с терроризмом? Нужно ли защищать права человека, если этот конкретный человек в число своих “угнетенных прав” включает право убивать и насиловать?

Вопрос этот, между прочим, оказался вдруг очень актуален в Казахстане. Возьмем уже упомянутую историю с несколькими десятками арестованных граждан Узбекистана.

Немного предыстории. С 1 января нынешнего года вступил в силу новый закон “О беженцах”, по которому единственным органом, уполномоченным присваивать статус беженца, стал Комитет по миграции Министерства труда и социальной зашиты населения и его территориальные органы. До принятия закона этот вопрос находился больше в ведении регионального представительства Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев. А после принятия началась “политическая буря”. В адрес международных организаций и СМИ посыпались коллективные письма с требованием недопустить передачи дел беженцев в госорганы Казахстана и незамедлительно обеспечить их переезд из Казахстана в Европу, США и Канаду. Более того, на сотрудников представительства обрушился шквал анонимных звонков с угрозами, если “правозащитники, мол, не будут срочно выполнять свои обязанности”. Одна из звонивших даже пообещала прийти и взорвать себя вместе с офисом УВКБ, если ее мужа-беженца срочно не освободят. Сотрудники ООН моментально усилили меры безопасности и обратились в правоохранительные органы. И тут начало выясняться множество интересных деталей.

В числе подписантов того самого заявления о недопустимости подключения казахстанских властей к вопросу присвоения статуса беженца оказались Абдуазимхужа Якубов, Равшан Тураев и Алишер Хашимов. Эти три “беженца” в августе прошлого года выследила и зверски убили начальника отдела по борьбе с терроризмом МВД Узбекистана Хасана Асадова, причем на глазах жены и малолетних детей. Появились вопросы и ко многим другим “подписантам”, чьи имена были найдены в списках членов радикальных экстремистских групп, причастных к терактам в соседней республики…

Причем, в своих заявлениях на получение статуса беженца и необходимость переезда в Европу, все указанные лица сослались на то, что никаких законов на родине они не нарушали, а вынуждены были бежать от государства, притесняющего их за чтение намаза. Между прочим, в Узбекистане проживает более 20 миллионов мусульман, но про гонения на религиозной почве никто из них не нажаловался и в Европу не рвался. В чем же отличие этих милых беглецов от обычного мусульманского населения? Почему никто не обратил внимание, что в одном хоре с защитниками прав “беженцев” вместе с всевозможными общественными деятелями, оказалось известное террористическое сообщество “Имарат Кавказ”, который на своем сайте “Кавказ-Центр” опубликовал материалы в поддержку узбекских собратьев?

Один из беженцев, Дильбек Каримов, на вопрос о его национальности разъяснил для непонятливых, что “в мире существует только две национальности – мусульмане и кафиры”. С точки зрения исламской теологии, такое высказывание характерно для последователей так называемого “такфира”. “Такфир” – это объявление отдельных людей или целых групп немусульманами, что автоматически лишает их неприкосновенности жизни и имущества и делает их объектами санкций вплоть до убийства. Причем убийство “неверных” должно, по утверждениям последователей “такфира”, проводиться системно и организованно – в форме “джихада”. Тут и становится ясно, почему беглецы не выбрали своей целью Саудовскую Аравию, известную своим крайним жестким отношением к последователям “такфира”, поскольку обвинение кого-либо в неверии является весьма и весьма ответственным действием. И такое решение может выноситься только на основании судебного приговора признанными учеными-шейхами после тщательного и всестороннего рассмотрения, а не личным решением. Запад же, по крайней мере, до последнего времени, никогда сильно не вникал в различия между гранями ислама, зачастую считая, что “шииты” и “сунниты” – это национальные группы, а не религиозные.

Сотрудники международных организаций, особенно работающие в таких сферах, – люди своеобразные, человеколюбивые и доверчивые, можно даже сказать, гуманисты, выполняющие тяжелую работу – помогать людям, находящимся в тяжелой ситуации. И воспитанные в духе современных гуманитарных концепций. Они, конечно, читали про тоталитарные азиатские режимы, про гонения, про борьбу с оппозицией, про этнические чистки и помогать жертвам произвола – их прямая служебная и человеческая обязанность. И даже, если у них есть доступ к базам данных ЦРУ, ФБР, ФСБ, КНБ или СНБУ, то доверять спецслужбам им не позволяет либеральный тип мышления. В принципе, если ооновцы или европейцы хотят, то это их полное право завозить на свою территорию кого угодно и в каком угодно статусе. Великобритания, к примеру, очень любит предоставлять политическое убежище всем подряд – от Березовского от Закаева, и никто ничего не может с этим поделать. Оплот западной либеральной демократии, США, тоже любили выполнять гуманитарные миссии по всему миру и спасать сирых и убогих, до тех пор, пока несколько угнанных “боингов” не изменили их отношение к проблеме терроризма и национальной безопасности. Повторюсь – это их право, до тех пор, пока “либеральные ценности” не придут в жесткое противоречие с правом на жизнь своих же граждан.

Буквально на днях, в Осло был чудом предотвращен крупный теракт, который пытались организовать несколько членов “Аль-Кайеды”, которые прибыли в Норвегию как… беженцы, покинувшие свои страны по политическим и религиозным мотивам. Более того, один из задержанных оказался выходцем из Узбекистана и прибыл в Осло в 2002 году по программе ООН по воссоединению семей из Казахстана и вот-вот должен был получить норвежское гражданство. Совпадение или закономерность? Почему, пользуясь доверчивостью международных организаций, на Запад идет практически неконтролируемый поток мигрантов, которых никто не проверяет на причастность к террористическим, экстремистским организациям, наркомафии, преступным сообществам? Может, Казахстану, России или Узбекистану взять и предоставить политические убежище боевикам ИРА, ЭТА, Хамаса или Аль-Кайеды как беженцам по религиозным и политическим мотивам. Боюсь, только США и ЕС не смогут распознать иронию… Только что новостные ленты сообщили, что Европейский суд по правам человека запретил российским властям экстрадировать гражданина Узбекистана Абдумуталлиба Каримова, подозреваемого на родине в терроризме, и постановил присудить ему 13 тыс. евро в качестве компенсации. Конечно, может быть он и некоторые другие, “спасенные” правозащитными организациями, мирные граждане и жертвы произвола, но кто может дать гарантию, что на эти 13 тысяч очередной “беженец” не прикупит взрывчатки и подорвет вместе с собой Европейский суд или американское посольство, испанское метро или жилой дом? Конечно, Европе виднее…

А ведь тем, кто физически находится, так сказать, на границе цивилизаций, лично приходиться каждый день видеть и слышать то, что не показывают либеральные каналы и радиостанции. Где приходится уметь разбираться, кто простой гастарбайтер, прибывший чтобы выжить и прокормить семью, а кто скрывающийся под его личиной убийца и террорист. Где дружелюбная община простых трудяг, а где секта. А ведь само построение и функционирование таких “общин” весьма характерно и при пристальном рассмотрении бросается в глаза. Во главе группы стоит “шейх”, которому подчиняются несколько руководителей групп беженцев, распределенных по землячеству, уровню религиозной подготовки, семейному статусу. Все подгруппы четко изолированы друг от друга и подконтрольны своим кураторам. Причем, общение между группами дозволяется только на еженедельных религиозных занятиях. Членам общины приказано тщательно скрывать свои воззрения от окружения, а “активистам”, занимающимся бизнесом и общением с внешней средой, предписывалось сбривать бороды и иметь вполне светский вид. Обращающиеся за помощью к общине беженцы-земляки допускались только при соблюдении канонов ислама в трактовке шейха. Неудивительно, что с таким отношением к людям, им не нашлось места на родине…

Вот, к примеру, весьма показательный случай, имевший место не где-нибудь, а в столице Казахстана. В 2007-2008 гг. в Астану приехала очередная партия строителей-гастарбайтеров. Дела у них шли ладно и в столицу потянулись их соотечественники. Но в бригады набирали лишь тех, что читал пятикратный намаз и готов был во всем подчиняться старшему в группе – “амиру” или “шейху”. Шейхи четко разъясняли, что вести себя надо осторожно, истинные религиозные взгляды скрывать, слиться с общей массой верующих, а если “строитель” будет задержан правоохранительным органами, то должен рассказать плаксивую историю про притеснения и тяжелые условия жизни в Узбекистане. Благо, что некоторые казахстанские чиновники с удовольствием готовы слушать рассказы про то, как плохо в Ташкенте и как хорошо у нас… Но что же было на практике? Были случаи, когда по приказу эмира тех, кто отказывался или пропускал намаз зверски избивали, доходило даже до поножовщины. Немудрено, что некоторые гастарбайтеры сбежали к себе домой, не выдержав прелестей совместной жизни с “благочестивыми наставниками”. Чем закончилась астанинская история хорошо известно… Часть членов этой строительной бригады впоследствии оказались на юге Кыргызстана и в составе банды совершила нашумевшие теракты в узбекских Ханабаде и Андижане в мае 2009 года. Один из них, ярый сторонник джихада, Маткасимов Камал, подорвал себя…

Интересно, что эта “группа гастарбайтеров” была построена по тому же принципу, что и “группа беженцев”, вокруг которой в Алматы сейчас разгорелся сыр-бор. Собственно говоря, это даже не признаки секты, а организованной преступной группы…

Парадоксально, но счастье в том, что для экстремистов с южных границ Казахстан воспринимается как страна, где можно заработать и откуда, через местное представительство управление верховного комиссара по делам беженцев, можно выехать в Европу, благо рабочие места нужны, отношение к беженцам до недавнего времени было достаточно либеральным, а с участковым или сотрудником миграционных органов всегда можно “договориться”. Увлекшись западными демократическими законодательными нормами и конвенциями, своей “многовекторной политикой” и съездами религий, открыв границы практически всем подряд, мы создали у себя благотворную среду для появления десятков сект, общин, групп, живущих по своим законам и верящим в свою исключительность. В знание истин, недоступных иным, обычным людям. В презрении к окружающим, которое рано или поздно перейдет в презрение к праву другого на жизнь и на свободу личности…

Буквально на днях в Алматинской области было раскрыто чудовищное преступление – убийство майора полиции и его подруги, которым перерезали горло… Расследование показало, что в свое время полицейский принимал участие в раскрытии жестокого убийства нескольких местных жителей. Убийца тогда был пойман и осужден. Как показало следствие, майора и девушку убили друзья осужденного, члены одной из небольших агрессивно-религиозных сект (кстати, казахи по национальности). На квартире у одного из них обнаружили тротиловые шашки с детонаторами. К чему они готовились, кому была предназначена эта взрывчатка пока неизвестно. Но в последнее время все чаще мелькают эпизоды, когда одновременно с изъятием экстремистской литературы находят оружие, крупные денежные суммы, взрывные устройства, наркотики… И дело не в национальности, религиозный экстремизм интернационален по своей природе – поэтому чеченские, узбекские или афганские боевики всегда найдут общий язык с “коллегами”, чем со своими мирными соплеменниками…

…А вот тут-то и вспоминаются добрым словом фантасты и футуристы, тот же кубриковский фильм “2001: Космическая одиссея”, где, образно говоря, была показана эволюция от обезьяны до экспедиции на Юпитер. И мысли приходят невеселые: человек открыл ядерную энергии и компьютер, но в практической реальности это закончилось атомными бомбами и порносайтами, а религиям, созданным тысячелетия назад и легших в основу мировоззрения современных государств, до сих пор приносят в жертву тысячи человеческих жизней…

12:31 02.08.2010

Алишер Даркенбаев

Источник – ЦентрАзия

Постоянный адрес статьи – http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1280737860

02.08.2010

“Ба муҳоҷирон бояд кодекси рафторро омӯзонд”

Каромат Шарипов, раиси созмони муҳоҷирони тоҷики Русия бар ин бовар аст, ки русҳо ба тоҷикон муҳаббати хосе доранд, танҳо бояд он ҷавононеро, ки мехоханд барои кор ба Русия биёянд бояд қабл аз сафар омӯзиш дод: «дар Русия мо тоҷиконро нағз мебинанд. Имрӯз дар Русия 120 ҳазор кӯдак таваллуд шудааст аз тоҷикон. Инҳо ояндаи тоҷикон ҳастанд. Бояд ҳифз шаванд. Мо барои русҳо ҳамеша хуб будем ва мемонем. Барои он ки аз хитоиҳо ва туркзабонҳо барои русҳо мо хубем. Инро ҳама медонад, аз ҷумла худи лидерҳои Русия низ инро медонанд .Аммо дар мавриди кодексҳои рафтор бояд ҷавонони тоҷик омӯзонда шаванд. Дар Душанбе мақомот бояд кор кунанд. Қабл аз сафар дар фурудгоҳҳо бояд омӯзонда шаванд. Чунки ин ба манфиати кор аст. Ҳатто депутатҳо бояд ҷавононро омӯзанд дар қаторҳо, то пеш аз омадан бидонанд, ки куҷо мераванд ва бояд чӣ гуна рафтору кирдор дошта бошанд».

Ин дар ҳолест, ки мавориди бадрафторӣ, лату куб ва ҳатто ба қатл расидани шаҳрвандони Тоҷикистон тавассути гурӯҳҳои миллигарои рус ё тоссарҳо дар қаламрави Русия дар ҳоли афзоиш будааст.

Албатта он чӣ бештар мавриди накӯҳиши ҷавонони тоҷик мешавад, даст ба аъмоли номатлуб, назири дуздӣ ва қочоқи маводи мухаддир ва дигар ҷиноятҳо задани бархе аз муҳоҷирони тоҷик аст. Ба ин хотир наметавон гуфт, ки ҳама муҳоҷирони кории тоҷик одобу рафтори хуб доранд, аммо дар бештари маворид бадбинии русҳо нисбати мардумони осиёӣ, ба хусус тоҷикон мунҷар ба бадрафтории ҷавонони тоҷик бо милатҳои дигар, аз ҷумла русҳо мешавад.

Хуршеди Ҳамдам

Бархе аз мансабдорони Русия пас аз чанд мавриди ихтилофу ҷанҷоли намояндагони миллатҳои мухталиф дар талоши таҳия ва тасвиби кодекси наве марбут ба кодекси рафтори ҷавонони Қафқози шимолӣ дар Русия ҳастанд.

Ин дар ҳолест, ки то кунун идеяҳои қабули раҳнамуди москвагиҳо, музофотиҳо, петербургиҳо садо дода буд ва дар миёни сокинону хориҷиён вокунишҳоеро низ ба бор овардааст. Ҳамакнун, ки Русия чашм ба ҷавонони қафқозӣ кардааст, имкон дорад рафтору кирдори осиёиҳо ба хусус тоҷикҳо низ рӯзе мадди назар шавад.

Зеро дар миёни садҳо халқу миллат дар Русия тоҷикҳо низ садҳо ҳазор нафарро ташкил медиҳанд ва рафтору кирдори бештари муҳоҷирони тоҷик низ мавриди таваҷҷӯҳи доираҳои мухталиф ва ҳатто расонаҳои Русия будааст. Аммо оё бо таҳия ва тасвиби қавонини марбут ба танзими рафтори хориҷиён дар Русия, мешавад аз ҳамдигарбадбинӣ ва ситезаҷӯӣ халос шуд?

Танзими рафтори хориҷиҳо?

Албатта, Владимир Швесов, муъовини намояндаи президенти Русия дар ҳавзаи федеролии Қафқози шимолӣ таҳияи ин кодексро бештар ба хотири танзим кардани рафтори ҷавонони қафқозӣ, ки ба гуфтаи вай ба ҳангоми меҳмонӣ меъёрҳои рафторро вайрон мекунанд.

Аммо соҳибназарони минтақа мегӯянд ин иқдоми як мансабдори Русия мақоли тоҷикии «даррро гуфтам девор кафид» -ро мемонад.

Зеро тибқи оморҳо дар қаламрави Русия ҳудуди 100 қавму миллат ба сар мебаранд ва ҳар кадоме анъана ва русуми миллии худро дорад, ки на дар ҳама ҳолат барои русҳо писанд меафтад.

Паёмади бади фарҳанги русто дар шаҳр

Муҳоҷирони кории тоҷик дар Русия

Муҳоҷирони тоҷик низ аз ҷумлаи шаҳрвандоне ҳастанд, ки тибқи оморҳои расмӣ беш аз 800 ҳазор ва бар пояи манобеи ғайрирасмӣ беш аз як миллион нафарро дар қаламрави Русия ташкил медиҳанд. Албатта бештари муҳоҷирони тоҷик дар мавсими баҳору тобистон вориди Русия мешаванд ва дар миёни онҳо ҷавонони деҳотӣ хело зиёданд.

Бо таваҷҷӯҳ ба ин Санавбар Шерматова, коршиноси минтақавӣ мегӯяд, албатта қабули маҷмӯи қавоиди рафтор барои танзими одобу ахлоқи ҷавонони муҳоҷир зарурист, «ин гуна раҳнамуди қоидаҳо барои ҳамгиро шудани одамоне, ки ба Маскав ваё дигар манотиқи Русия меоянд шарт аст. Албатта афроде ки вориди Маскав мешаванд шаҳрӣ бошанд, ҳеҷ гуна мушкил дар рафтору гуфтор ва кирдорашон бо дигарон нахоҳанд дошт. Аммо мутаасифона аксарияти муҳоҷироне, ки ба Русия меоянд аз деҳот, манзурам ҷавонони деҳотии Тоҷикистон ва дигар кишварҳои Осиёи Миёна ҳастанд, ки аз оддитарин рафтору кирдори шаҳриён бархӯрдор нестанд. Аксарияти онҳо намедонанд, ки куҷо омадаанд, чигуна рафтор кунанд ва бо кадом забон муошират дошта бошанд, ки дар ниҳоят чунин бархӯрди номуносиб, паёмади номатлуберо ҳам барои худашон ва ҳам барои сокинони Маскав ба бор меорад»

Саъдулло, як муҳоҷири тоҷик, ки беш аз 7 соли ахир ба таври мавсимӣ ба Русия барои муҳоҷирати корӣ меравад, мегӯяд, «албатта одамони калонсоли рус бо мо муҳоҷирон рафтори хуб доранд. Бо мо муносибат мекунанд, чизе лозим шаванд пурсем мефаҳмонанд. Аммо ҷавононаш, новий руский бисёр дағалӣ мекунанд ва ҳисси бадбинӣ доранд. Мо ба гуфти худашон сиёҳҳоро нағз намебинанд».

Аз сӯи дигар пахши барномаҳои мазҳакавии «Наша Раша» дар шабакаи ТНТ – и Русия ва ҳамин тавр филми «Тухми сарнавишт» ба маънии барангехтани бадбинӣ нисбати муҳоҷирони тоҷик унвон шуда буд ва «Иттиҳоди муҳоҷирони кории тоҷик» аз додситонии Русия хоста буд, то пахшу фурӯши ин барномаҳоро мутаваққиф кунад.

Аммо ҳамакнун дар муқобили талошҳои ба танзим даровардани рафтору кирдори хориҷиён дар Русия, масъулони Иттиҳодияи тоҷикистониёни Русия талаб доранд, ки вақте мансабдорони рус мехоханд то рафтору кирдори дигар қавму миллатро танзим кунанд, пас беҳтар аст, то онҳо симои мардуми худро дар оина бубинанд ва баъд барои дигарон қонун ҷорӣ кунанд, «онҳо, ки мехоҳанд кодекс ҷорӣ кунанд, пас бояд барои мардуми бумии Русия низ бояд ин гуна кодекс бошад.

Чунки русҳо низ бояд рафтору кирдори худро нисбати меҳмоно ва муҳоҷироне, ки ба Русия меоянд дигар кунанд. Зеро муносибати онҳо на ҳама вақт нисбати дигарон хуб аст. Вале дар кулл гирем, ман муқобили чунин кодексҳо ҳастам. Вақте, ки касеро маҷбур мекунанд, ки рафтору кирдори аврупоӣ гирад ва ё урфу одати худро сарфи назар кунад, нодуруст аст. Зеро ҳар чизе, ки манъ карда мешавад, таваҷҷӯҳ ба он бештар мешавад».

Дар шаҳри якчашма бо як чашм

Ин дар ҳолест, ки то кунун сару садоҳое барои таҳия ва тасвиби кодексҳо ё раҳнамудҳое барои москвагиҳо, музофотиҳо, петербургиҳо ва ғайра садо додааст, ки ҳукумати Русия мехоҳад тарзи рафтору кирдори сокинон, ба хусус ақаллиятҳои миллӣ ва шаҳрвандони хориҷиро таҳти контрол дошта бошад.

Аммо ҳуқуқшиносон бар ин боваранд, ки мансабдорони русро лозим аст, то дар роҳандозии чунин раҳнамудҳое ва ё қавонине шитоб накунанд. Зеро ба таъкиди онҳо дар бархе аз маворид тасвиби чунин санадҳо метавонад ҳуқуқи шаҳрвандони хориҷиро нақз кунад ва эътирозу вокунишҳои ҷиддиеро ба бор оварад. Ҳамон гуна, ки манъи русарӣ дар бархе аз кишварҳои Аврупо боиси нигаронии аққалиятҳои русарипӯш шудааст.

Мардумони Қафқозу Осиёи Миёна дар бештари анъанот ва русуми мазҳабӣ бо ҳам шабоҳат доранд ва ҷилавгирӣ ва ё тундгароӣ бо чунин таъомул метавонад паёмадҳои сангинтареро дар пай дошта бошад.

Вале бо таваҷҷӯҳ ба ин ки кодекси рафтор бештар ахлоқу одоби дигар қавму миллатҳои Русияро дар назар дошта бошад, бархе аз соҳибназарон мақоли «дар шаҳри якчашма, якчашма бояд шуд» – ро беҳтарин василаи зиндагӣ ва дурӣ ҷӯстан аз ҳар гуна муноқиша ва ихтилофот медонанд.

Программу ведет Арслан Саидов. Принимает участие корреспондент Радио Савобода в Душанбе Малика Рахманова.

Арслан Саидов: По данным министерства труда и социальной защиты населения Таджикистана, ежегодно из республики на заработки в Россию выезжает от 500 до 800 тысяч человек. По неофициальным данным эта цифра превышает миллион. Эксперты считают, что права таджикских граждан в России часто нарушаются. За первый квартал этого года только в Московской области задержано 48 таджиков – официально за сбыт наркотиков. По оценкам правозащитников, 90 процентов задержанных обвиняются незаконно.

Малика Рахманова : Третий год тридцатичетырехлетний таксист, гражданин Таджикистана Наимджон Якубов дожидается решения суда в следственном изоляторе Подольска. По его словам, три года назад его с земляком необоснованно задержали, сфальсифицировав обвинение в незаконном сбыте 10 граммов героина. Два раза Якубова приглашали на судебный процесс, где обвинение потребовало сначала 14 лет, а затем 11 лет лишения свободы. Однако, как рассказал Якубов в интервью Радио Свобода, за неимением доказательств, приговор так и не был вынесен.

Наимджон Якубов : Наши народы здесь в России находятся на рабском положении. Федеральная миграционная служба и законы Российской Федерации вообще не дают возможности людям здесь работать. Здесь давление со стороны правоохранительных органов, вообще, на законных основаниях. Почему государство республики Таджикистан, его представители не могут хотя бы какую-то ноту протеста, или хотя бы какое-то ходатайство подать, или какое-то прошение в Российскую Федерацию, чтобы сделали эти свои законы в соответствии с цивилизованными, международными нормами. Наш народ здесь, вообще, живет в подвалах, нищете. Даже в самых престижных стройках кушает хлеб с чаем.

Малика Рахманова : Волна трудовых мигрантов из Таджикистана хлынула в Россию после распада СССР. Таджики приехали в российские города – торговать на базарах, работать на стройках, водителями такси, подметать городские улицы. Чтобы накормить семью, иногда живут в съемных квартирах десятками. Говорит руководитель московской правозащитной организации «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина.

Светлана Ганнушкина : Таджики, которые у нас цветы сажают на улицах Москвы, на самом деле, должны были бы вызывать благодарность, потому что москвичи этим трудом заниматься не хотят. Нужна соответствующая информация для москвичей, и не настраивать их отрицательным образом, как это делает наше телевидение. А у нас в основном наши граждане, к сожалению, черпают информацию из телевизионных передач, где каждый раз называется национальность.

Малика Рахманова : По данным МВД Таджикистана, с начала этого года в республику из Российской Федерации доставлено 125 цинковых гробов с телами таджикистанцев. 25 из них – убиты. Жизнь таджиков усложняется еще и жестким контролем милиции. Случай Наима Якубова по незаконному обвинению в сбыте наркотиков – не первый в практике неправительственной организации «Таджикская диаспора» в Москве. Говорит руководитель этой организации Каромат Шарипов.

Каромат Шарипов : За первый квартал 2007 года у нас только по Москве, Московской области по данной статье обвинены 48 граждан Таджикистана в возрасте от 17 – 21 года. По нашему внутреннему расследованию, порядка 90 процентов никакой причастности к совершению преступления не имеют. Россия устала от такого потока граждан Таджикистана. Они хотят пугнуть в том деле, что они, может, этим способом захотят покинуть территорию Россию. На самом деле, сегодня и в высших эшелонах власти России, и в высшем партийном руководстве, в палатах России речь идет, что слишком много, и они остаются здесь. Если китайцы приезжают и уезжают, то граждане Таджикистана остаются.

Малика Рахманова : В беседе с Радио Свобода, Якубов рассказал, что он неоднократно пытался связаться с таджикским посольством в Москве, направил обращение в Европейский суд по правам человека. Ответов не было. Посольство отреагировало только после вмешательства журналистов. В таджикском посольстве в Москве сообщили, что могут всего лишь помочь написать письма в соответствующие органы, проконсультировать родственников заключенного. Таким вот образом помогли и Якубову. Говорит сестра Наимджона Саодат.

Наимджона Саодат : В посольстве я недавно была и написала письмо на имя посла посольства Таджикистана. Еще письмо написала в Верховный суд Российской Федерации и в прокуратуру Российской Федерации. И вот в посольство Таджикистана отправила эти мои письма от своего имени. Они тоже говорят, что мы ничего не можем обещать, ничего конкретного.

Малика Рахманова : Ситуация в России с соблюдением прав человека неконтролируема, говорит лидер таджикской диаспоры Шарипов. Заболеет таджик – не имеет права лечиться. Убьют – это скинхеды. Часто таджиков задерживают милиционеры и, забрав все деньги, освобождают.

Каромат Шарипов : Ситуация абсолютно неконтролируема сегодня в России, касающаяся вопросов ущемления прав граждан. Права таджиков с момента даже 1992 года нет ни одного дела, со стороны государства, которые могли доказать и объяснить своему народу: вот мы пришли от начала до конца, и защищали свои прав. Пока Таджикистан занимает последнее место по вопросам защиты своих граждан.

Read more: http://www.svobodanews.ru/content/transcript/404022.html#ixzz0vA1Ru7Ft

Under Creative Commons License: Attribution

Filed under: Uncategorized — 115k @ 6:23 дп

Зиёда аз панҷ сол аст, ки дар шабакаи ТНТ-и Русия барномае бо номи «Наша Раша» фаъолият дорад ва дар он муҳоҷирони тоҷик таҳқир карда мешаванд. Тайи ҳамин панҷ сол дастандаркорони тоҷик натавонистанд ҷилави барандагони ин барномаро кашанд. Борҳо мақомоти Тоҷикистон кӯшиш карда буд, то барнома пурра аз шабака бардошта шавад. Вале кӯшишҳояшон бенатиҷа монд. Чи қадар дар рӯзномаҳои даврӣ дар ин бора навиштанду менависанд, аммо нафъе намеорад. Барнома ҳамон тавре ки пахш мешуд, ҳар ҳафта пахш мегардад. Боз ҳамон Равшан ва Ҷамшуди «тоҷик» «желмелди» гӯён, хонаи Ксения Собчакро таъмир мекунанду тамошобинон завқ бурда, ба ҳоли онҳо хуб механданд.

Ниҳоят, муҳоҷирони тоҷик ба як қарори қатъӣ омаданд, то таҳқиркунандагони худро ҷазо диҳанд. Косаи сабри раиси ҷунбиши «Муҳоҷирони меҳнатии тоҷик дар Русия» Каромат Шарипов лабрез шуда, тасмим гирифтааст барномаи «Наша Раша»-и шабакаи ТНТ-и Русия ва масъулони ин шабакаро ба суд диҳад. Дар номаи саркушоди ин созмон ба унвони Додситони кулли Русия ва Хадамоти федералии ин кишвар чунин омадааст, ки шабакаи ТНТ тайи панҷ соли охир алайҳи муҳоҷирони меҳнатии тоҷик барномаҳои таҳқиромез таҳия ва пахш карда, симои миллати тоҷикро дар Русия доғдор намудааст.

Каромат Шарипов дар як сӯҳбат гуфтааст, ки дар ин барномаи пур аз таҳқири шабакаи ТНТ муҳоҷирони меҳнатии тоҷик дар Русия дучори масхара ва мазоҳ мешаванд. Ва аз барномасозони «Наша Раша» даъват кардааст, ки барои паст задани шаъну шарафи мардуми тоҷик расман узр пурсаду аз пахши чунин барномаҳо даст кашад. Ҳатто ӯ изҳор доштааст, ки дар сурати бенатиҷа гузоштани даъво тайёр аст ин қазияро то ба додгоҳҳои Аврупо барад.

Вай гуфтааст: «Баста шудани чунин барномаҳо, ки кори аслияшон тасвири бардурӯғ ва таҳқири ошкорои миллати тоҷик дар Русия аст, бояд чанд соли пеш сурат мегирифт. Тайи панҷ соле, ки ин барнома амал мекунад, борҳо чунин талош аз сӯи Сафорати Тоҷикистон дар Русия ва Вазорати корҳои хориҷии Тоҷикистон анҷом дода шуд. Ман инро вазифаи асосии худ мешуморам, ки на танҳо барномаи «Наша Раша», балки худи шабакаи ТНТ баста шавад. Онҳо моро таҳқиру мазоҳу масхара карданд. Ва мақомоти интизомии Русия бояд ҷилави онҳоро бигирад. Бигзор масъулони шабакаи ТНТ ва дастандаркорону бозигарони ин барнома расман аз мардуми тоҷик узр пурсанд ва навору дискҳои худро аз фурӯш барчинанд. Вакте ман ин масъаларо бо дигар коргардонҳо ва бо дигар актёрҳо дар миён гузоштам, ки чаро маҳз тоҷикон дучори чунин беҳурматӣ ва беэҳтиромии ин барнома шудаанд, онҳо посух доданд, ки тоҷик пуштибон надорад».

Тасмими Каромат Шарипов як иқдоми нав набошад ҳам, амри зарурист ва шояд пас аз ба суд муроҷиат кардан ягон вокунише нишон диҳад.

То кадом андоза саривақтӣ будани тасмими муҳоҷиронро раиси ҲКТ Шодӣ Шабдолов вобаста ба вақт медонад. «Муҳоҷирони мо аз ҳуқуқи худ, ба монанди деклоратсия дар бораи ҳуқуқи инсон бояд дуруст истифода баранд ва худро муҳофизат кунанд. Дар тамоми давлатҳои Русия ин ҳуқуқҳои башарро, ки аз тарафи Созмони Милалли Муттаҳид эътироф шудааст, ба эътибор гирифтаанд. Доир ба ҳуқуқи инсон, аз ҷумла муҳоҷирони тоҷик, ки дар давлати Русия ҳастанд, бояд ҳуқуқи худро ҳимоя кунанд. Албатта инро суд муайян мекунад. Даъво дуруст аст. Ҳар нафаре, ки аз ҳуқуқҳои ҳамон давлат огоҳ бошад, худро дар суд ҳимоя карда метавонад. Ва даъвои ҳар як шаҳрванди тоҷике, ки дар Русия муҳоҷир аст, аз маҳорати ҳуқуқдонии ӯ вобаста аст. Албатта дар ин ҷо махсусан телевизионҳое, ки ин барномаро намоиш медиҳанд, аксарашон хусусӣ ҳастанд. Пеши роҳи онҳоро на ба воситаи давлат, балки ба воситаи мақомоти судӣ гирифтан мумкин аст. Ё ин ки, бо роҳи ташкил кардани афкори омма тариқи ВАО».

Ҳарчанд аксари коршиносон бар онанд, ки масъалаи пешгирии таҳқири тоҷикон тариқи барномаи «Наша Раша» ҳатто дар сатҳи мақомоти давлатии тарафайн ҳам ҳал ношуданист, вале Адуғаффори Абдуҷаббор, роҳбари дастгоҳи Вазорати фарҳанг бар ин назар аст, ки ҳар нафаре, ки нияти даъво кардан дорад, бояд қонунҳои амалкунандаи қаламрави Русияро хуб дарк карда тавонад. Вай гуфт: «Онҳое, ки нияти даъво кардан доранд, бояд қонунҳоеро, ки дар қаламрави Федератсияи Русия амал мекунанд, ба инобат гиранд. Ва исбот карда тавонанд, ки ин барнома воқеан ҳам мардуми тоҷикро таҳқир кардааст. Албатта барои ин ҳимоятгари қавӣ ва маблағ лозим меояд. Агар заминаҳои иҷтимоии ин масъаларо хуб ҳаллу фасл карда, баъд даъвои асоснок пешниҳод намоянд, шояд комёб шаванд.

Дар ҷомеаи демократӣ, ки зиндагӣ мекунанд, ҳам дар Русия, ҳам дар қаламрави Тоҷикистон, баъзан фаҳмидаву нафаҳмида ҳарчи хоҳанд навиштан мегиранд, озод ҳастанд. Масалан, рӯзномаҳои мо ҳам чи қадар дар бораи ҳамон барнома ва қаҳрамонҳояш навишта буданд, касе кордор нест».

Вале касе дақиқ гуфта наметавонад, ки бо ин тасмим комёб мешаванд ё не, ё ин ки ҳаллу фаслаш бетағийр мемонад. Аммо баъзе рӯзноманигорон бар ин назаранд, ки бояд ин корро барвақт анҷом медоданд. Рӯзноманигор Султони Ҳамад мегӯяд: «Хабар дар бораи он, ки яке аз ҷамъиятҳои муҳоҷирини тоҷик дар Русия тасмим гирифтааст, ки телевизиони ТНТ-и ин кишварро барои дар барномаи «Наша Раша» ба таҳқири миллати тоҷик роҳ доданаш ба пайгарди қонун бикашад, хабари хушҳолкунанда аст. Барои он хушҳолкунанда аст, ки билохира яке аз роҳбарони ҷамъиятҳои сершумори муҳоҷирин дар Русия аз хоби гарон хеставу худ ба дифои ҳаққу ҳуқуқҳои хеш камар бастаанд. Ҳарчанд роҳбарияти ҳукумати Тоҷикистон, васоити ахбори оммаи кишварамон дар ин масъала ҳеҷ гоҳе хомӯш набуданд, кӯшишҳое низ ба харҷ доданд, вале ин наметавонист ва наметавонад мушкилоти мушобеҳро ба он тарзе ки мо мехоҳем, ҳал кунад. Яъне, садди роҳи нашри чунин барномаҳои телевизионӣ дар кишвари бегона шаванд. Чунин кор аз тариқи қонун тавассути мақомоти ҳифзи ҳуқуқи Русия сурат гирифтанаш мумкин аст. Ҳаққи ба мақомоти ҳифзи ҳуқуқ муроҷиат кардан ва аз тариқи қонун масъала ҳал карданро худи муҳоҷирони тоҷике, ки дар Русия кор мекунанд, махсусан онҳое, ки табааи ин кишвар ҳастанд, доранд. Аз ин рӯ, онҳо чунин корро, ба фикри ман, бояд хеле барвақт мекарданд. Дар ин кор ба муҳоҷирон ё шаҳрвандони тоҷиктабори Русия бояд ҳуқуқшиносони варзидаи кишварамон кӯмак намоянд. То кадом андоза муҳоҷирони тоҷик дар ҳимояи ҳуқуқҳои худ муваффақ хоҳанд шуд, ин ба кордонӣ, азму суботи мубтакирони ин ташаббус ва адлу инсофи кормандони мақомоти ҳифзи ҳуқуқи Русия низ сахт вобастагӣ дорад».

Фарангиси МУЗАФФАР, БМСТЖ