Несмотря на существенное снижение прежней динамики в таджикско-казахских отношениях, обусловленное мировым финансово-экономическим кризисом и, как следствие, невыполнение Астаной своих обещаний по инвестированию средств в таджикскую экономику, Казахстан по-прежнему пытается вовлечь Таджикистан в орбиту своих внешнеполитических устремлений.

На сегодняшний день договорно-правовую базу сотрудничества между Таджикистаном и Казахстаном составляют около 70 межгосударственных, межправительственных и межведомственных документов. Двусторонний внешнеторговый оборот по итогам 2009 года составил 294,3 млн долларов, значительная часть которых – 278,9 млн долларов, приходится на поставки казахских товаров в Таджикистан. При этом из Казахстана, преимущественно, импортируется зерно, мука и нефтепродукты, а в ассортименте таджикского экспорта превалируют фрукты, сухофрукты и в незначительном объеме – хлопко-волокно.

По сообщению посла Республики Казахстан в Таджикистане А.Ахметова товарооборот между двумя странами достиг 300 миллионов долларов США. В Таджикистане функционируют более 50 компаний из Казахстана, которые работают в различных отраслях экономики. В числе наиболее крупных структур, присутствующих в Таджикистане, можно упомянуть финансово-инвестиционную компанию «Кредитинвест» и АО «Казкоммерцбанк».

В ближайшее время в столице Таджикистана планирует начать работу Совместный инвестиционный фонд с уставным капиталом 100 млн долларов, из которых 80% составит вклад казахской стороны и 20% – таджикской. Основной задачей указанной структуры станет кредитование инвестиционных программ в Таджикистане.

В данном контексте Астана предпринимает меры по вхождению в гидроэнергетический сектор Таджикистана путем участия в строительстве малых и средних ГЭС. Кроме того, Казахстан выражает готовность рассмотреть конкретные проекты в других сферах экономики, в частности, в металлургии, сельском хозяйстве и строительном секторе.

Так, на осуществление проекта по очистке и укреплению левого берега Кайраккумского водохранилища «Народный банк Казахстана» выделил кредитную линию в размере 220 тыс. долларов США. В министерстве энергетики и промышленности Таджикистана еще в начале прошлого года состоялась презентация проекта по привлечению инвестиций в строительство ГЭС «Нурабад-1», организованная казахской холдинговой компанией «АСПМК-519».

Реализация указанного проекта потребует капитальные вложения на сумму 450 млн долларов США, в том числе с долевым участием правительства Таджикистана в размере около 110 млн долларов США. Наряду с этим, в июне 2009 года было подписано соглашение между РТ и КНР о строительстве Нурабадской ГЭС. В то же время, по заявлению официальных казахских представителей, за холдингом «АСПМК-519» сохраняется право поиска необходимых финансовых средств, тем более, что китайская и таджикская стороны не возражают по поводу участия Казахстана в возведении этого гидроэнергетического объекта.

Примечательно, что Астана занимает срединную позицию по отношению к возведению Рогунской ГЭС. Так, по словам А.Ахметова Казахстан может участвовать в строительстве Рогунской ГЭС только после проведения международной экспертизы ТЭО этого гидроузла. Вместе с тем, дипломат отмечает, что руководство Казахстана относится к строительству Рогунской ГЭС с уважением, поддерживая Таджикистан в этом вопросе.

Кроме того, в декабре 2009 года в Астане прошло очередное заседание таджикско-казахской межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству, на котором стороны рассмотрели вопросы взаимодействия в сфере энергетики, финансов, транзита товаров, перспективы расширения культурно-гуманитарных связей, а также обсудили насущные проблемы таджикских трудовых мигрантов, для решения которых, в частности, планируется открытие представительства миграционной службы Таджикистана в Казахстане.

Вместе с тем, несмотря на многочисленные громогласные заявления сторон об углублении межгосударственного сотрудничества, масштабные планы о доведении объема таджикско-казахского товарооборота до уровня 600 млн долларов США, а также совместной реализации проектов строительства малых и средних ГЭС в Таджикистане остались не более, чем «декларациями о намерениях». Одновременно наблюдается сворачивание казахского бизнеса в Таджикистане. К примеру, приостановлена производственная деятельность Адрасманского горно-обогатительного комбината, приватизированного АО «Казинвестминерал», и «заморожены» работы по реконструкции этого предприятия. В текущем году не следует ожидать заметного увеличения объема товарооборота между двумя странами, а участие Казахстана в реализации проекта по строительству ГЭС «Нурабад-1» и других объектов таджикской гидроэнергетики представляется весьма маловероятным.

Руководство Казахстана, всячески пытающееся выставить республику в качестве «экономического локомотива региона, способного оказывать финансовую, материальную и военно-техническую помощь соседним государствам», на практике не способно в полном объеме выполнять свои обещания.

В свою очередь, официальный Душанбе, в надежде получить любые средства для реанимации национальной экономики, не спешит публично обвинять казахских партнеров в несоблюдении принятых на себя обязательств, несмотря на то, что, по имеющимся данным, в высших эшелонах власти Таджикистана растет скрытое недовольство и раздражение по поводу пустых, ничем не подкрепленных заявлений из Астаны.

Артем Шапошников