Усилия правительства Таджикистана по борьбе с коррупцией не дают нужного эффекта. Созданное Указом Э.Рахмона Агентство по борьбе с коррупцией при президенте Республики Таджикистан, как показывает анализ его деятельности за последний год, не оправдывают даже средств, затраченных на организацию агентства и содержание его сотрудников. За десять месяцев 2008 года при содействии агентства были привлечены к ответственности всего 321 человек, из них – 73 работника административных органов не выше областного уровня. Сумма возвращенного ущерба за 2008 год составила чуть менее 125 тысяч сомони. Это при том, что валовой доход коррупционеров по данным приведенным экспертами международной негосударственной неправительственной организации «Transparency International», составил 37 миллионов сомони за январь – август 2008 года.

Могучая армия коррумпированных чиновников всех рангов продолжает обирать простых таджикистанцев, которым они формально обязаны своим положением. Махмуд Рофиев из Ходжента смотрит на жизнь прагматично: «Я вырастил сына, отдал в институт, платил за учёбу, устроил за большие деньги на работу. Правда, чтобы оправдать все расходы он будет работать лет пять не меньше, ведь райгаз не прокуратура. Это в налоговой службе, милиции, прокуратуре или даже в районной администрации можно за год не только вернуть вложенное, но прилично заработать. Дом построить, машину купить. Ну, ничего, газовики тоже неплохо живут».

Действительно живут. Жили, живут, и, будут жить. Сейчас в Таджикистане только госслужащие и живут. Среди простых, земных таджиков живут только те, кто немного подторговывает на рынках дешёвым китайским ширпотребом или ездит в Россию на сезонные заработки.

Самая печальная ситуация в силовых органах. Мизерная зарплата, которой хватит только на пропитание, и то, только на двоих, довели систему до повальной поруки. Устроиться в органы просто так нельзя. Каждую неделю инспекторы на местах носят половину своих сборов начальнику, тот – районному или городскому главе. Каждые две недели их вызывают в область, где конверты собирает уже областной глава, причём вне зависимости от рода службы. Пожарные, налоговики, милиция, все соблюдают неофициально сложившийся порядок, в условиях кровавой таджикской действительности, имеющий большее влияние, чем утвержденный Устав. Раз в месяц начальников областных управлений вызывает Душанбе, на очередную коллегию. Здесь уже небольшие портфели сдаются доверенным лицам министров. Собрания проходят абы как. Если кто не дал, или жалуется, что не может собрать – «не соответствует служебному положению». Банальная аттестация выметает из рядов силовых органов «непонятливых, непослушных» борцов за справедливость.

Отработал пятнадцать – двадцать лет и на заслуженный отдых. С первых лет службы вырабатывается алчность, жестокость, неуемная жажда новых погон, власти и наживы. Деньги, вымогаемые свирепыми силовиками, заработаны кровью и потом простых граждан, замешаны на слёзах их жён и матерей. Два года в таджикских органах и человек сможет без зазрения совести вытащить купюру из лужи человеческой крови. Иных там не держат, их «съедают» без остатка.

Коррупция и кумовство породили невиданное по масштабам и беспрецедентную вседозволенность. Моральные ценности, социальные идеи, воплощенные некогда в Таджикистане создали ему, в бытность Союза, имидж высококультурной республики с поголовно грамотным населением. Сейчас все сместилось. Во главу угла стали деньги и власть любой ценой. «Нельзя достичь больших денег, и большого положения не отдавив ноги прохожим» – формула, которую таджикская молодёжь, недополучившая ввиду дороговизны образования, принимает за основу, единственную религию жизни. Коррупция приняла в Таджикистане форму громадного селевого потока грязи смывающего на своём пути все начинания, надежды и чаяния простого народа, не допускающая возможности любые попытки реформировать экономику и вытащить из непроглядной темноты отчаявшееся, голодающее население. В зловонной массе этой грязи республика тонет уже семнадцать лет и улучшений, во всяком случае, при нынешнем руководстве, не предвидится.

Мирзо Гулов